Сумчатый волк

Сумчатый волк

Тилацин (сумчатый волк), к сожалению, еще одна печальная страница из многотомной книги, повествующей о жизни человека на земле. За пару десятилетий конца 19 века австралийские охотники перебили практически всех живущих на острове Тасмания тилацинов – одних из-за денежного вознаграждения, других из-за необычного меха, вошедшего в те годы в моду в Европе. В начале 20 века были зафиксированы единичные случаи встречи с тилацинами. Жадность и глупость первых переселенцев привели к полному истреблению этих замечательных и уникальных животных. Проснувшаяся экологическая совесть потомков толкает некоторых австралийских ученых к непрекращающимся поискам в удаленных местах Тасмании в надежде, что, хотя бы маленькая популяция этих животных обитает в глухих лесах в глубине острова. Организуются поисковые экспедиции, ведется наблюдение с вертолетов, установлены камеры видео и фото наблюдения. Назначена даже награда в 1,25 млн австралийских долларов тому, кто поймает живого тилацина. Но объективный взгляд на ситуацию вынуждает признать, что последний сумчатый волк в Тасмании умер от старости в 1936 году в зоопарке Хобарта.

Кто же такой сумчатый волк?

Сумчатый волк – это удивительное и необычное животное, сумчатое млекопитающее отряда хищных сумчатых, единственный представитель семейства сумчатых волков. Внешне тилацин больше напоминал собаку – строением черепа, удлиненным туловищем и пальцеходящими конечностями. Когда-то он был самым крупным хищным млекопитающим в Австралии. Размер взрослой особи достигал 1-1,3 м, с хвостом – до 1,8 м, в холке – 0,6 м, вес 20-25 кг. Шерсть короткая и жесткая, окрас серо-буро-желтый, на спине от лопаток до основания хвоста поперечные бурые полосы. Уши круглые стоячие, на серой морде светлые пятна вокруг глаз. Сумка образована складкой кожи и открывалась сзади со стороны хвоста, что позволяло безопасно бегать по сухой колючей траве и кустарнику, пролезать сквозь заросли и забираться в норы.

Не смотря на внешнее сходство с собаками и родовую принадлежность к классу, у тилацина были собственные уникальные характерные особенности. Строение задних лап и задней части позвоночника позволяли ему прыгать и передвигаться на манер кенгуру. Особое строение челюстных костей черепа обеспечивали ему способность открывать пасть шире чем какой-либо другой млекопитающий – на 120 градусов, при зевке его челюсти раскрывались в прямую линию. Зубов в этой пасти было на 4 больше, чем у волков. Голос напоминал кашляющий лай, пронзительный и громкий.

Образ жизни

Обитали тилацины в материковой Австралии на равнинах и в негустых лесах. Предпочитали одиночный ночной образ жизни, редко собираясь в семейные группы для охоты. Они были полноправными хозяевами территорий, до тех пор, пока на землях Австралии не появились дикие собаки Динго, переселившиеся, по-видимому, вместе с первыми людьми из Юго-Восточной Азии. Охотящиеся стаями Динго стали серьезным пищевым конкурентом тилацину, тасманийскому дьяволу и другим коренным хищникам Австралии. Сумчатый волк не мог так быстро бегать как Динго, зато мог изматывать добычу долгим преследованием и бежать за ней в течении дня. Около 10 000 лет тилацины сопротивлялись наступлению «оккупантов» Динго, но в конце концов остались лишь на острове Тасмания, куда дикие собаки Динго не добрались.

Соседство с человеком

Первый опыт общения с человеком у тилацинов был с аборигенами, ученые нашли множество их изображений в наскальных рисунках и гравюрах древних людей, датируемых не позднее 3000 лет до н.э. Аборигены употребляли мясо сумчатых волков в пищу, наравне с валлаби, опоссумами и прочими небольшими животными, поддерживая таким образом равновесие популяций. Но с приходом европейцев ситуация коренным образом изменилась.

Сумчатые волки избегали встречи с человеком, лишь несколько раз попавшись на глаза за несколько десятилетий освоения острова. Единственным сохранившимся свидетельством охоты переселенцев со своими собаками, в результате которой был загнан и пойман «невиданный зверь», был случай в 1805 году, попавший в новостную колонку сиднейской газеты. Не было предпринято попыток изучить животное, описать его повадки и среду обитания. Только анатомическое строение и внешний вид был зафиксирован натуралистом Харрисоном в 1808 году. В своей работе он предупреждал, что после полного заселения и строительства дорог на острове Тасмания, это животное может исчезнуть.

Фермеры обвинили тилацина в уменьшении поголовья овец и открыли на них охоту, так же, как и на тасманийского дьявола, который стал повинен в нападениях на курятники. В 1830-х годах была назначена награда за каждого убитого сумчатого волка. Позднее стала цениться шкура животного. Окончательно полосу невезения тилацинов укрепила неизвестная эпидемия какой-то болезни, распространившаяся среди сумчатых. Редкие пойманные животные в неволи не размножались. Участь тилацинов была решена. В 1928 году в Австралии принимается закон об охране животного мира Тасмании, но и тут тилацинам не повезло. По какой-то странной несчастливой закономерности, они не попали в список охраняемых животных. В природе последний сумчатый волк был убит в 1930 году, а в 1936 скончался последний обитатель хобартского зоопарка. И только в 1938 году был принят закон, запрещающий отстрел тилацинов.

А может все-таки они живы?

Потом, конечно, стали находится свидетели, встречавшие в лесах одиноких тилацинов. Даже и сейчас попадаются ничем не подтвержденные сообщения. Но ни следов, ни клочков шерсти, ни фотографий живых сумчатых волков никто предъявить не может. Кроме того, от фермеров уже много десятков лет не поступали жалобы на гибель овец или ягнят, а сумчатый волк в первую очередь хищник, и даже загнанный в глубь лесов, вряд ли отказался бы от легкой добычи. В 1999 году начали программу по клонированию тилацинов на основе ДНК заспиртованных биологических образцов, хранящихся в музее Сиднея. Но объективно, она не принесла результатов, потому что, во-первых, сто лет хранящиеся заспиртованные материалы мало пригодны для подобных исследований, а во-вторых даже если удастся получить полноценную яйцеклетку, для превращения ее в жизнеспособного животного необходима суррогатная женская особь; ближайших родственников у тилацинов нет, а тасманийский дьявол слишком дальний родственник. Через несколько лет программа была закрыта.

Ошибки прошлого исправить невозможно. В наше время австралийцы, наверно, как никто понимают хрупкость и чувствительность живой природы, поэтому в Австралии множество программ по защите, охране и реабилитации животного и растительного мира. Здесь огромное число заповедников, национальных парков и природоохранных территорий, где специалисты наблюдают, изучают и берегут доставшееся им природное наследие. В стране действуют жесточайшие правила и законы для строительных, промышленных, транспортных и прочих отраслей, которые защищают природу от произвола человека. Хочется верить, что печальный опыт предыдущих поколений не пройдет даром, и человечество научится хранить и оберегать окружающее его уникальное достояние – живую природу Земли.